|
Сергей Прокофьев
Огненный ангел
Опера в 5 действиях
Либретто композитора по одноименному
роману Валерия Брюсова.
Пресса о
спектакле
|
|
Русский курьер, 27 апреля 2004 года
Мария Бабалова
Инквизиция духа
"Огненный ангел" воспарил
над Большим театром в азбучной системе
координат
Стремление дать жизнь на оперной
сцене "Огненному ангелу" - затея,
конечно, максимально претенциозная, но
не сулящая легкого успеха. Опера,
написанная Сергеем Прокофьевым в
Баварских Альпах и завершенная им во
Франции, по определению не могла
рассчитывать на судьбу шлягера.
Привлекшая композитора в качестве
сюжета символистская проза Валерия
Брюсова даже в упрощенном либреттном
варианте для восприятия не проста и,
будучи помноженной на
сюрреалистическую партитуру
Прокофьева, банальных наслаждений не
обещает.
Первое исполнение оперы состоялось в
Венеции в 1955 году, уже после смерти
композитора. Потом, после долгого
молчания опера была сослана на
советские просторы - поставлена в Перми
и Ташкенте. Лишь сорок лет спустя после
премьеры родившийся в Мариинском
театре спектакль сделал из "Огненного
ангела" модную оперную вещь, которую,
если не поставить самостоятельно, то
хотя бы зазвать к себе в гости на пару
вечеров, считали делом чести лучшие
оперные театры мира. Петербуржцы
создали "канонический" портрет
"Огненного ангела" с
феноменальной дирижерской работой
Валерия Гергиева, смелой, обнаженной (в
прямом смысле слова) режиссурой
англичанина Дэвида Фримана, и
уникальными по художественной мощи
вокально-актерскими работами Сергея
Лейферкуса и Галины Горчаковой, не
только по наитию создавшей один из
сильнейших образов XX столетия, но и
подтвердившей миф о том, что роль
Ренаты способна без остатка истребить
голос певицы. А поэтому найти
исполнительницу главной роли - задача
трудно выполнимая.
Но одержимые манией "Огненного
ангела" постановщики - музыкальный
руководитель Большого театра
Александр Ведерников и режиссер
Франческа Замбелло - больше года искали
исполнителей для своего спектакля.
Проводили бесплодные прослушивания
всех желающих, а потом, употребляя свою
влиятельность и магию имени Большого
театра для певческого сознания, стали
искать солистов чуть ли не по всему
миру. В итоге к моменту премьеры
образовалось два артистических дуэта
Ренаты и Рупрехта. Первый - украинка
Оксана Кровицкая, найденная г-жой
Замбелло в New York City Opera, и Валерий
Алексеев - экс-солист Мариинского
театра , уже познавший вкус общения с
"Огненным ангелом". Второй -
солистка московского театра "Новая
Опера" Татьяна Смирнова, для которой
это дебют на сцене Большого, и одессит
Виктор Митюшин, в текущем сезоне
начавший масштабное сотрудничество с
театром.
Однако поисками солистов
постановочные трудности вовсе не
исчерпывались. Помимо обычных, "производственных",
в процессе работы над спектаклем
возникли и специфические трудности.
Самые горячие репетиционные деньки
этой мистической истории о дьяволе,
являвшемся в образе светлого духа
одной девушке и соблазнившем ее на
разные греховные поступки -
богопротивные занятия магией,
астрологией, гоетейей и некромантией,
пришлись на пасхальную неделю. Это
обстоятельство вызвало у части труппы
бурю протеста, но руководство набожные
настроения не поддержало. Репетиции
были продолжены, за что Александру
Ведерникову мстительно прокололи все
четыре колеса на автомобиле. И все-таки
премьера вышла в назначенный день.
Хотя известная американка Франческа
Замбелло запальчиво поясняла, что
обращение к "Огненному ангелу" -
это протест против модного ныне
упрощения сознания, сделала она
спектакль азбучный. Система ее
режиссерских координат очень проста.
Дьявол пожирает лишь
люмпенизированные души, а потому все
герои спектакля выглядят обитателями
петербургского дна, заточенными в
келью питерского двора-колодца. Дальше
все еще банальнее. Если появляется
Мефистофель, то, конечно же, с рожками.
Если Гадалка, то, естественно, в наряде
цыганки, а так как она делает недобрые
предсказания, то поблизости от нее
сидит черная кошка. Рената в наряде с
сильным покушением на нэповскую моду,
одета во все красное - цвет крови и
любви (художник по костюмам - Татьяна
Ногинова).
В глубине сцены эпизодически
возникает девочка, нервно реагирующая
на безмолвный призрак молодого
человека. На какой-то миг возникает
ощущение, что вовсе не ангел являлся
героине в детстве. Рупрехт, тот, кто
решил влюбить в себя девушку, одержимую
поисками своего "ангела", не
способен на это, так как его "душа
темна, как дым после взрыва".
Оба тандема солистов создают
одинаковые по маломощности образы, за
которыми нет личностей. Их вокал
настолько "бескровен", что почти
никогда не преодолевает оркестр,
формально звучащий вполне корректно и
учтиво по отношению к певцам. (Будто ни
на что большее и не рассчитывая, в
помощь публике над сценой пустили
суфлерскую строку, хотя Прокофьев
написал русскоязычное либретто, и в
приличных оперных домах считается, что
слово не должно ускользать в момент
пения.) Что касается актерства, то
второй состав заметно переигрывает
первый. Рената Оксаны Кровицкой
поглощена бессмысленной бытовой
суетой и все ее движения смотрятся
ходульно-картинными. Рупрехт - Валерий
Алексеев склонен к самолюбованию. В
облике же Татьяны Смирновой моментами
чувствуется патологическая
бесноватость, истеричная смена
настроений и всепоглощающий страх.
Рупрехт Виктора Митюшина -более
сомневающаяся и искренняя фигура,
нежели у Валерия Алексеева, который
откровенно премьерствует.
В целом звучание прокофьевской
партитуры под дирижерским жестом
Александра Ведерникова оказалось
неперсонифицированным, и многое из
таинственного и символического в
музыке осталось за скобками исполнения.
В финале Инквизитор, отправляющий
Ренату на костер, оказывается
примитивным революционером в кожанке,
а монахини держат в руках красные
кресты и молитвенники, будто манифесты
компартии. Рената на лифте
отправляется на небеса, а внутренности
домов разверзаются в апокалиптической
подсветке от художника Рика Фишера,
выворачивая наружу нищую домашнюю
утварь и полупрозрачные санузлы (сценограф
- Георгий Цыпин). Все непознанное и
непонятное человечество, ведомое
своими страхами, стремится отвергнуть,
уничтожить самым решительным и
беспощадным способом.
[ вверх ] [ следующая ]
|
