|
Сергей Прокофьев
Огненный ангел
Опера в 5 действиях
Либретто композитора по одноименному
роману Валерия Брюсова.
Пресса о
спектакле
|
|
Ведомости, 27 апреля 2004 года
Петр Поспелов
Три мудреца в одном тазу
Ведерников, Замбелло и Цыпин
истолковали Прокофьева
Большой театр сыграл премьеру
на основной сцене - оперу Прокофьева
"Огненный ангел". Работа
получилась опрятная на слух, эффектная
на глаз, но в целом формальная и
несобранная по смыслу.
Оперное творчество Прокофьева, с
одной стороны, относится к лучшему, что
создано в мировой опере XX в. С другой же,
при всех скидках на трудность
восприятия оно стоит в ряду с
классическим русским оперным
наследием. Ставить Прокофьева - дело
благородное, хотя и не самое кассовое.
Зато любой театр, который берется за
Прокофьева, демонстрирует вместе
просвещенность, патриотизм, заботу об
исторической справедливости, а также
качество (при наличии оного) труппы и
оркестра. В постсоветское время
капитально мыслящий Валерий Гергиев
планомерно исполнил все восемь опер
Прокофьева, причем с убедительным
международным успехом. В течение того
же периода в Большом театре каждое
руководство отмечало свой срок какой-либо
прокофьевской постановкой. При
Владимире Васильеве появилась "Любовь
к трем апельсинам" (веселый и до сих
пор живой спектакль Питера Устинова),
Геннадий Рождественский осуществил
"Игрока" (впервые в мире - первую
редакцию). И вот - "Огненный ангел"
от нынешнего лидера, Александра
Ведерникова.
Выбор оперы Александр Ведерников
совершил скорее всего по склонности
души, и в этом есть симпатичная
искренность. Дирижеру, склонному
обуздывать страсти в угоду вслушиванию
в детали, видимо, близка внутренняя
нить "Огненного ангела". Прокофьев
вслед за Брюсовым, чья символистская
стилизация готического романа легла в
основу оперы, рассказывает историю
искушения позитивистской культуры
иррациональным мышлением. Подобно
Прокофьеву рационалисту, шахматисту и
иронику которому выпало продираться
сквозь эпоху мережковских, штайнеров и
блаватских, его герой, мужественный
рыцарь Рупрехт, бывший конкистадор,
оказывается в плену чар безумной
Ренаты, тоскующей об Огненном ангеле.
Поэтика озарений, магии и одержимости
опасно влечет Прокофьева, но он
живописует ее со стороны, оставаясь в
берегах разума. Эту грань, за которой
экзальтация может смутить
взволнованное созерцание, дирижер
Ведерников тонко чувствует. Его
оркестр звучит красиво и сдержанно,
линии господствуют над экспрессией
тона, подробности не теряются в токе
эмоций. Где надо, раздается и пугающее
форте. Хор почти так же аккуратен, как и
оркестр. Среди солистов выделяются
гротескный Вячеслав Войнаровский (забредший
в сюжет средневековый Мефистофель) и
звучная Лариса Костюк (Настоятельница).
Увы, с главными героями все не так
благополучно. На партию Ренаты театр
нашел новую для нас исполнительницу -
украинку, чья карьера сложилась в
Америке. Оксана Кровницкая музыкальна
и точна, но ее сопрано звучит жидко и
бесцветно, а дирижер позволяет ей петь
экономно и однообразно. В случае с
героиней концептуальной сдержанности
Ведерникова оказалось недостаточно -
ведь именно в Ренате Прокофьев
воплотил ту гибельность страсти,
которая способна и притягивать, и
оттолкнуть. Рупрехт в ровном
исполнении Валерия Алексеева
абсолютно ходулен. Этому баритону (за
его плечами Мариинский театр и мировая
карьера) доверена уже вторая премьера (после
"Мазепы" Чайковского), но опытный
артист испекает столь же пустую и
внешнюю роль.
Невыразительность главных ролей -печальная
заслуга режиссера Франчески Замбелло.
Она умеет разводить массовку (самые
эффектные эпизоды вроде поединка или
безумства монашек сделаны вместе с
хореографом Татьяной Багановой), не
слишком изобретательна в дуэтных
мизансценах, горазда выдумывать
концепции, но их же не воплощать. По
идее Замбелло, мир зла - это враждебные
Прокофьеву советские 20-е, что явная
натяжка, - но и она прямо воплощена
разве что в образе Инквизитора,
ставшего докучливым гепеушником с
дубинкой. Рената, по мысли режиссера,
эдакая феминистка XVI века, что тоже мимо
(феминизм - общественная позиция, а
Рената замкнута в себе) и тоже никак не
явлено в рисунке роли. Еще Рената - это
непонятый Прокофьев (если на то пошло,
Прокофьев - скорее Рупрехт), но и эта
метафора виснет в непроясненности. А
вот незримый возлюбленный (у
Прокофьева он лишь однажды мелькает в
окне) тут как тут -расхаживает в образе
красавца-статиста.
Сомнительный талант Франчески
Замбелло был виден уже в ее первой
работе для Большого театра, но "Турандот"
была прорывом благодаря сценографии
Георгия Цыпина. Цыпин же оформил и "Огненного
ангела", и снова его инсталляция (как
и световая партитура Рика Фишера) стала
главной в спектакле. Сценография
Цыпина убеждает современностью,
технической сложностью и цельностью
образа. Его город существует в двух
лицах: готический и псевдоклассический
на занавесах, на сцене он срастается в
одно, наполненный внутренним брожением
- с тенями, гомункулусами, магическим
тазом и атмосферой средневековой
кунсткамеры. В финале Рената в лифте
возносится к небесам, но небес-то и нет:
раскалываются стены домов, а ангелы
оказываются жильцами, горестно
замершими в разрушенных санузлах.
Метафора впечатляет, но ей недостает
обоснований в ходе спектакля. Смысл
целого остается неясен, как бывает
всегда, когда художник задумывает одно,
сценограф - другое, а дирижер - третье.
Этим и слаб нынешний Большой театр.
Объединяются громкие имена, но каждый
творец исходит из личной стратегии. И
никто по большому счету не знает, в чем
цель общей работы. Высказывания от лица
театра не происходит.
Спектакль Большого уязвим еще и
потому, что как раз "Огненный ангел"
- одна из удач Мариинки. Многое в работе
Большого - "мариинского
происхождения": Цыпин, Алексеев,
хореографическая компонента, сам тип
современного спектакля. Но нет
режиссуры Дэвида Фримана, нет таких
солистов (трудно забыть Горчакову и
Лейферкуса). Правда, в спектакле
Большого есть новация, претендующая на
мировое ноу-хау: опера поется по-русски,
при этом даются овертитры на русском же
языке. Иностранцы сидят в недоумении,
зато нам все ясно, и вопрос о дикции
певцов сразу отпадает. Эту идею многим
нужно взять на вооружение.
[ предыдущая ] [ вверх ] [ следующая ]
|
