Материалы по теме:
Лейла Гучмазова. Кардинал
в оранжевом. Об идее, подробностях
проекта и о рецептах успеха оперного
театра — эксклюзивное интервью "Времени
МН" с продюсером проекта ЭДУАРДОМ
БОЯКОВЫМ. (Время МН, 07.06.2002).
Вадим Журавлев. Лед
тронулся, или пир горой (Газета,
07.06.2002).
Григорий Заславский. Авангард
для Большого (Русский журнал).
Елена Черемных. В
Большом театре исполнят Владимира
Сорокина (Коммерсант, 28.04.2002)
|
|
Русский журнал
Григорий Заславский
Авангард для Большого
Информация, способная лишить дара
речи. Во всяком случае – в самый первый
момент: в Большом театре собираются
поставить авангардную оперу, для чего
приглашены к сотрудничеству
композитор Леонид Десятников, писатель
Владимир Сорокин. Об этом написала на
этой неделе в "Коммерсанте" Елена
Черемных. Больше нигде и ничего, но вряд
ли есть основания не доверять автору,
так близко связанному с ньюсмейкерами
Большого театра.
Верим и беремся порассуждать о
грядущем событии.
Ну, во-первых: хоть и велико удивление,
нельзя сказать, что чего-то подобного
нельзя было ждать. Во-первых, Петр
Поспелов, который минувшей осенью
согласился пойти на службу в Большой и
заняться там так называемым
перспективным планированием, конечно,
должен был предложить нечто
сверхъестественное. А современная
опера – это ли не самое
сверхъестественное в стенах Большого
театра?! Нечто особенное надо было
предложить театру и дирижеру
Александру Ведерникову. Как бы не было
велико расположение некоторых
музыкальных обозревателей, назвать его
крупным дирижером все же никто еще не
решался, да и вряд ли сумеет он убедить
в правомочности таких определений в
ближайшем будущем. Его называют
специалистом по русскому репертуару.
Но с классических интерпретаций больше
бывает и спрос. Здесь же речь об
эксперименте и, конечно, можно ждать
снисхождения. Вряд ли стоит настаивать,
что именно таким путем шел к этому
проекту нынешний главный дирижер
театра. Он вообще мог не думать об этом,
но так ведь и будет? Так что и этот
аргумент имеет справедливый смысл.
Балет Большого движется в последние
два сезона в сторону классического
своего наследия. Один за другим
восстанавливаются великие балеты Юрия
Григоровича. На этом фоне оперная
труппа, конечно, должна была пойти
своим путем. Этот путь – новая,
современная опера. Что ж, на этом пути
Большой может назваться
первопроходцем, поскольку ни в
Музыкальном театре имени
Станиславского и Немировича-Данченко,
ни даже в авангардном "Геликоне"
современная опера особым
расположением не пользуется.
В Музыкальном театре, правда,
несколько лет тому назад была
поставлена маленькая опера на сюжет,
кажется, обэриутов. В афише "Геликона"
можно найти тоже небольшую оперу
Владимира Кобекина, которая составляет
часть спектакля-триптиха. Когда-то
Дмитрий Бертман намеревался поставить
оперу Вениамина Флейшмана "Скрипка
Ротшильда", думал про оперу Моисея
Вайнберга "Идиот", но что-то так и не вышло…
Очень много лет назад в Москве и,
кажется, однажды прозвучала опера
Слонимского "Мастер и Маргарита".
В Большом же когда-то – при советской
власти – современные оперы были такою
же необходимостью в афише, как и в
драматических театрах – пьесы о
современном советском человеке. И
лет пятнадцать тому назад здесь пели и
"Мертвые души" Родиона Щедрина, и
"Зори здесь тихие" Кирилла
Молчанова.
Исполнительным продюсером проекта
называют Эдуарда Боякова, генерального
директора ассоциации "Золотая маска"
и одноименного театрального фестиваля
и сопутствующей премии. Его интерес к
опере проявился давно, в последнее
время Эдуард Бояков, кажется, на
постоянной основе сотрудничает с
Мариинским театром, участвует чуть ли
не во всех (а может и во всех) гастролях
Гергиева по России. Генеральный
директор "Золотой маски" был и
продюсером "коллективки" под
названием "Царь Демьян",
современной оперы, написанной группой
модных композиторов в Мариинском
театре. С большом успехом опера была
показана в Санкт-Петербурге и не без
успеха исполнена в Москве в рамках "Золотой
маски". В конце концов, совершенно
естественно было ему попробовать
сделать что-то и в Москве, так сказать,
по месту жительства и прописки. Тем
более, что Бояков – из тех, кто живет по
принципу "нельзя класть все яйца в
одну корзину"; он – и с теми, кто
делает фестиваль "НЕТ", он – и
среди застрельщиков нынешней "Новой
драмы". Так действительно лучше. И
для него, и, кстати, для театра.
Поскольку само слово "критик"
почти всегда подразумевает – недобрый,
заметим здесь, что как исполнительный
продюсер Эдуард Бояков провалов почти
не знал, чего нельзя сказать о нем как
просто об исполнителе (его
прошлогодний актерский дебют не стал
большой удачей и новых граней его
таланта так и не открыл).
Обратимся теперь к другим участникам
проекта. Сорокасемилетний композитор
Леонид Десятников – лидер нынешнего
композиторского авангарда (что
особенно заметно в отсутствие Шнитке, в
удаленном существовании Софии
Губайдуллиной). Ученик не менее
знаменитого Бориса Тищенко, сегодня он
стал одним из самых исполняемых
композиторов. И – как это было и со
Шнитке, Губайдуллиной и Денисовым –
чаще "там", чем здесь, в России.
Знаменит сотрудничеством с Гидоном
Кремером и – как кинокомпозитор (и в
этом смысле Десятников повторяет путь
советских авангардистов, немало
работавших в кино). Десятников - автор
музыки к фильмам «Закат», «Подмосковные
вечера», «Серп и молот», «Мания Жизели»,
«Кавказский пленник», "Дневник его
жены". За музыку к фильму "Москва"
был даже награжден премией "Золотой
Овен". Как тут не вспомнить, что
автором сценария этой картины был
Владимир Сорокин. Нынешняя их работа –
продолжение успешно начатого
сотрудничества.
Заказ Большого театра в определенном
смысле меняет уже складывающуюся
традицию, если можно сказать, привычку
его музыки, сперва исполняемой где-нибудь
в Германии, а потом – через год-два – в
Большом зале консерватории (пример
тому – мировая премьера симфонии «The Rite
of Winter 1949», исполненной в 1999 году
Симфоническим оркестром Иенской
филармонии под управлением Андрея
Борейко, а в марте 2001-го – в Москве,
Российским национальным оркестром, под
управлением того же Борейко).
Конечно, для первого опыта Большого –
некоторый перебор по части культовых
фигур. Обнародование имен в этом случае
– начало рекламной кампании. Сорокин,
Десятников, к ним еще добавят, того
гляди, кого-то из эстрадных звезд (что
как раз для Большого не внове, - Георгий
Ансимов здесь занимал уже в роли
Звездочета Александра Градского, но
тогда это вызывало недоумение, а не
бурный ажиотаж)… Одно повторение этих
имен будет звучать как заклинание. Так
что в случае неудачи не всякий
отважится сказать, что не вышло (тем
более, что набор авторов – имея в виду
модность премьерного "дефиле" –
исключит во многих случаях возможность
рассуждений на тему, что ИМЕННО не
вышло). Десятников никогда в своей
жизни не писал опер, а Сорокин до сих
пор не пробовал писать либретто. Но
пьесы – писал, и даже киносценарии. А
Десятников, пишет в своей статье Елена
Черемных, полтора года назад делал
реконструкцию оперы Астора Пьяццоллы
"Мария де Буэнос-Айрес", которая
через две недели будет представлена в
проекте Гидона Кремера на Рижском
оперном фестивале.
От нее же широкая публика узнала и про
сюжет, который "в общих чертах готов.
Главные герои – пять композиторов-клонов,
чьи имена по понятным причинам пока
засекречены, но количество их,
безусловно, вызывает прямую ассоциацию
с Могучей кучкой, на Западе, как
известно, именуемой "пятеркой".
Срок работ – год".
Как говорится, - все равно интересно.
Особенно, конечно: кому достанется
партия "нормы" в опере на либретто
Владимира Сорокина. |
