|
Джузеппе Верди
Макбет
Опера в 4 действиях
Либретто Франческо Пьяве
пресса о спектакле
|
|
Россiя, 9 октября 2003 года
Елена Губайдуллина
И убийца умеет любить
На Новой сцене Большого театра
состоялась премьера оперы Верди "Макбет"
в постановке Эймунтаса Някрошюса.
Выдающийся режиссер перенес в Москву
свою флорентийскую постановку,
осуществленную в прошлом году в "Театро
Комунале". Но по собственному
признанию, высказанному в
предпремьерных интервью, многое менял,
присматриваясь к индивидуальностям
актеров. Исполнители четы Макбетов
Владимир Редькин и Елена Зеленская,
вдохновленные режиссерскими задачами,
запели проникновенно и страстно.
Ведущих солистов Большого театра на
премьере было не узнать - как будто
играли не оперу с ее привычной статикой,
а драматический спектакль.
"Я хотел подчеркнуть особую
близость двух противоположных натур,
их своеобразную гармонию. Для меня
прежде всего важно не их преступление,
а общие страдания, осмысление
содеянного. Наш спектакль - про Судьбу.
О том, что значит случайность в жизни
человека", - написал Някрошюс в
буклете к спектаклю. Редькин и
Зеленская играли не убийц, а любящих
супругов, стремящихся к единой цели.
Властолюбие и беззащитность, героика и
внутренний надлом сложно и причудливо
переплелись в трагических судьбах их
героев. На роли работали даже вокальные
огрехи. В один из моментов знаменитой
арии четвертого акта голос Владимира
Редькина не выдержал напряжения и
перестал слушаться. Но досадная осечка
прозвучала как рыдание, трагическое
предчувствие Макбета своего поражения.
А повсюду вокруг ворожили ведьмы.
Сначала появлялись их руки - занавес
поднимался не сразу, приоткрыв узкую
длинную щель. Множество паучьих
пальчиков быстро-быстро перебирали
черное полотнище - ткали паутину судьбы.
Вещие сестры - не три, а целый хор,
предсказывали и гадали. Кто верил -
неизменно шел на погибель. Стройные
девушки в черном играли распущенными
волосами, носились, невидимые, сквозь
толпы людей, манили обещаниями
неземных благ, застилали глаза
мучительными кошмарами. Взрывалось
зеркало в массивной раме - умирал
почтенный король Дункан. Метались
между сухих деревьев Банко с сыном,
уходя от целого полчища убийц-могильщиков
с громадными лопатами. Мальчик-призрак
бежал сквозь ряды пирующих,
разбрасывая столы и стулья...
Преступления росли и множились, не
давали покоя, сводили с ума. Безумная
леди механическими, заученными
движениями складывала три белые
рубашки - словно три чистые оболочки,
скинутые ее супругом со своей души.
Властная, блестящая женщина, вдруг
превратившаяся в подавленную девочку-сиротку,
исчезала из жизни просто и тихо.
Собирала с полу полевые цветы,
раскиданные ведьмами, и шла на свет
свечи, одиноко горящей в сером склепе...
Финал "Макбета" оперный дебютант
Някрошюс решил так, как будто всю жизнь
ставил только Верди. На фоне
величественного хора, передающего по
рядам мечи, пели победители Малькольм (Марат
Галиахметов) и Макдуф (Максим Пастер). А
темпераментный итальянский маэстро
Марчелло Панни, дирижировавший
премьерой, еще больше подчеркнул
высокий романтический пафос
торжественного апофеоза.
[ предыдущая ] [ вверх ] [ дальше ]
|
